Призрак

Ну что, друзья! В перерывах между тренировками, в предвкушении снега сегодня ночью и предстоящей ночной работы на снегоходе, продолжим тему приведений :-). Вашему вниманию предлагаем весьма интересный рассказ Игоря Козлова, опубликованный год назад на форуме журнала «Лыжный спорт». Хотя название трассы нигде и не упоминается, вы ее точно узнаете 😉😉

Призрак

На стоянку перед лыжной трассой Семен въезжал , можно сказать , на «цыпочках». Ледяные бугры чередовались с глубокими лужами, которые могли послужить причиной застрять здесь надолго, тем более, что позднее для катания на лыжах время в выходной день не предполагало чью либо помощь, если вдруг машина забуксует на обледеневшем от весеннего тепла перешейке между дорогой и парковкой. Сюда, в подмосковную Мекку беголыжников, в сезон собиралось несколько сотен машин, и часто не найдя места на парковке, они выстраивались вдоль обочины в длинную вереницу, пока их хозяева наматывали километры по сказочной по красоте и качеству трассе в хвойном лесу. Но в середине марта, когда в городе уже чернел асфальт, лишь немногие энтузиасты по- прежнему стремились урвать последний снег зимы и насладиться скольжением в особенно приятное теплое мартовское время. И сегодня в пять часов вечера на парковке сиротливо стояла единственная машина у самого начала лыжни. Семен поставил свою машину рядом и с уважением и завистью посмотрел на полноприводный универсал в просторном салоне которого свободно разместились бы не только лыжи, но и пара велосипедов. Сам он ездил на седане и для транспортировки лыж приходилось откидывать половинку сидушки сзади, а для «классики» и всю спинку, поскольку входили их два с лишним метра только по диагонали. От мысли что на лыжне он будет не один стало веселее, все-таки немного не по себе гонять в сумерках по лесу, пусть и хорошо знакомому.

Он натянул на ноги «саломоны», щелкнул застежками, достал из чехла «иксиумы» с приколхожеными поверх платформы «пилотами» и новенькие карбоновые палки, купленные со скидкой в конце сезона. Машина квакнула сигналкой и Семен пошел к началу трассы проваливаясь в рыхлый снег и глубоко вдыхая наполненный влагой воздух. Встегнувшись в лыжи он легко толкнулся и покатил вперед на ходу всовывая голые руки в темляки, перчаток он уже не надевал.

Повсюду чувствовались признаки наступавшего тепла: звенели голоса синиц, появился горький запах вербы да и необычно теплый для лыжника воздух, будоражил кровь. Трасса укатанная под конек была вполне себе ничего: в меру плотная, но и не заледеневшая, влажный снег позволял толкаться и скольжение было неплохое, хотя на склонах попадались участки подтаявшего снега, чередовавшегося со льдом, но в целом по- прежнему катилось легко и палки пока не зарывались. Где-то через километр когда мышцы немного разогрелись Семен въехал в крутой но короткий подъем на котором ощутил, как застучало сердце, но сейчас сердцебиение не напрягало, а наоборот позволяло почувствовать спортивный темп. Пульсометр на запястье раньше мигал зеленым светодиодом показывая третью зону, а после подъёма заморгал оранжевым: пульс ушел за 140.

Лыжная трасса располагалась на площади около четырех квадратных километров и разделялась на три по сложности лыжни: трех, десяти и пятнадцати километровых, которые то расходились, делая петли по оврагам, затем сливались вновь, чтобы опять разойтись через несколько сотен метров. Лыжня прихотливо петляла по лесу, чтобы набрать необходимые километры длины, порой петли проходили серпантином одна параллельно другой и лыжники, разделенные сотнями метров дистанцией могли видеть мелькающие силуэты друг друга в десятке метров от себя сквозь редкий лес. Перед одной из развилок впереди вдруг стремительно выкатилась фигура лыжника и скрылась по красной стрелке указателя на 15 километровый круг. Семен толкнувшись посильнее тоже ушел на спуск по красной стрелке. Стремительно уходящий вниз склон быстро разогнал его, но светлый силуэт лыжника уже входил в вираж налево и скрылся за елями. Яма в конце спуска сначала вжала, а затем катапультой выбросила Семена, но он ,переступая, легко вошел в крутой поворот и даже выкатился на треть высоты в следующий подъем, но на склоне уже никого не было, шустрый лыжник успел его преодолеть за секунды, видимо набрав хорошую скорость при спуске. Почувствовав азарт гонки, Семен прибавил, палки скрипели ритмично втыкаясь в снег, им вторили лыжи, издавая привычные уху звуки,- что-то между шелестом и свистом, скорость возросла.

Проехав кривой тягунок по лесу он выкатился на просеку, нырнул по небольшому спуску к мостику через ручей и увидел светлый силуэт , промелькнувший с опушки в лес: между ними было чуть больше ста метров. Трасса петляла по лесу, небольшие подъёмы чередовались со спусками и требовали сосредоточенности при их прохождении, чуть сбился — и лыжа утыкается в склон, толчка не получается, сбивается шаг и теряется скорость. Прогалина в лесу, поворот и открытое пространство под высоковольткой: вот он голубчик,- метров на 20 сократил Семен разрыв и уже мог рассмотреть соперника. Похоже на том был светлый комбез, что вызвало легкое недоумение — не соревнования же. Но шел он красиво: ритмично отталкиваясь и прокатываясь на каждой лыже, словно летел. Семен сразу понял что соперник – птица высокого полета, этот легкий и стремительный ход был характерен для классного спортсмена, КМС — определил он на глаз. С таким же он несколько раз катался, а затем и познакомился, его звали Андрей. Под два метра ростом, но сухой и гибкий Андрей на лыжне создавал ощущение необычайной легкости,- со стороны казалось, что он не прикладывает усилия, не напрягается толкаясь палками, просто скользит. В тягун он легко обходил Семена на одних лишь руках — даблполингом, пока Семен пыхтел рядом «ковырялкой», а обогнав вставал перед ним и уходил вперед оставляя его позади, как «сарай в поле». Втайне Семен присвоил себе второй разряд, но считал, что порой демонстрирует шустрость первого, особенно в конце сезона, и почему бы тогда не попробовать догнать этого КМСа и не подышать в спину «профи»? Сказано – сделано: палки засвистели чаще, силуэт стал виден отчетливей.

Стиль хода соперника приковывал внимание, а широкий раскат лыж вызывал восхищение! «Циклит или парафинит?»- улыбнулся Семен про себя, вспомнив бесконечный «холивар» на лыжном форуме. Непримиримые споры, как готовить лыжи для лучшего скольжения, доходили на форумах до накала высшего градуса: начинаясь с вежливых реплик, через 20-30 комментариев опускались до откровенных оскорблений и нередко спорщики переходили на личности, наживая друг в друге заклятых врагов даже не будучи знакомы. Семен в эти баталии не лез, читая мотал себе на ус, потом созрев купил циклю, но не будучи радикалом, все-равно еще и парафинил, особенно не распространяясь об этом в кругу знакомых лыжников. Теперь он вглядываясь в спину соперника, невольно пытаясь следовать его ритму и накату. Вначале выходило с трудом , но через полкилометра он раскатился и почти получалось идти в ногу, но скорость упала и силуэт стал отдаляться. Пришлось опять частить, нагоняя КМСа. Еще пару километров дистанция между лыжниками сохранялась, будто их разделяла гигантская пружина: то уменьшалась в подъем то увеличивалась на равнине. Стремительный спуск мимо знакомого пня, затем крутой вираж в котором пришлось подплужить, что б не вылететь прямо в кусты и затем длинный подъем. Соперник на вираже совсем не тормозил, а пару раз переступил и, влетев на склон, даже какое то время скользил одношажным, но потом перешел на одновременный двухшажный.

Склон был крутым и длинным. В начале своего становления, как лыжника, Семен ждал этого тягуна с затаенным страхом: дыхание на склоне сбивалось, лыжи не ехали, иногда приходилось останавливаться из-за одышки на середине , а после подъёма всегда чувствовал себя «чайником», ощущая бешеное сердцебиение в груди и испытывая подавленное состояние от вида спокойно въезжающих наверх лыжников. Одно время даже избегал приезжать сюда, выбирая равнинные трассы без выраженного рельефа, но со временем начало понемногу получаться, лыжи покатили на равнине, затем покатили и в подъем, а вскоре подъёмы воспринимались как приятный повод отточить технику хода и ощутить радость от его преодоления. Вот и сейчас раскатывая лыжами в стороны и проворачивая их с внешнего канта на внутренний он ощущал радость движения вверх вопреки гравитации. Обманывая силу земного притяжения и используя не до конца понятные ему физические и химические реакции и законы, он забирался вверх по склону, расходуя тот минимум энергии, который позволяла его лыжная закалка.

Трасса из года в год менялась в деталях: вот и здесь она года три назад поворачивала направо в просеку между елей, но потом её спрямили и теперь весь подъем просматривался до самого верха. Семен поднял голову: и что это? Соперник внезапно ушел вправо по старой трассе и скрылся в просеке, хотя до верха шла пропаханная ратраком лыжня. Что за черт? Неужели проложили еще одну лыжню опять по старому маршруту? Неделю назад ничего здесь не было!

Семен остановился, как вкопанный: справа снег был девственно чист, и тут внезапно по коже спины и ног пробежали мурашки. Он поднял голову: в сгустившихся сумерках за деревьями мелькнуло светлое пятно и пропало, теперь мурашки добрались и до затылка. Как то все вдруг стало уныло и нелепо, и Семен просто не был готов к такому, ну и жутковато в конце концов. Стоять смысла не было, и толкнувшись он продолжил подъем, в голове были какие то обрывки мыслей, но единственное в чем Семен не сомневался, так это в том что лыжник свернул именно сюда. Этот поворот Семен отчетливо запомнил: мощный толчок левой ногой, перестановка вправо и дальше такое же размеренное скольжение с ритмичностью метронома и светлый комбез на фоне узкой просеки из темных елей. Внезапно он понял что подсознательно удивлялся бесшумности хода лыжника и отсутствию характерных звуков даже при сократившейся дистанции, но не придавал этому значения. Теперь пожалел и о том, что не взял мощный налобный фонарь купленный давно, но оставленный за ненадобностью сейчас.

После подъёма длинный пологий спуск потом плоскач через лес, тягунок и вновь подъем, а за ним вынырнувшая 10-км лыжня вливается, и как то спокойнее стало от этого слияния, будто шансы встретить нормальных лыжников удвоились. Но вскоре вновь показалась развилка: красная стрелка направо – крутой спуск с подъёмом, синяя – легкий путь поверху и Семен не колеблясь поехал прямо, срезая полкилометра. Трасса петляла по просеке периодически предлагая Семену на выбор красную, либо синюю стрелку, но он неизменно ехал по синей. И вот уже короткий подъем, за которым опушка поля с трехкилометровой петлей, а за ним стоянка с машиной.

Семен угрюмо срезав пару развилок оказался на финишной прямой и в сереющем свете разглядел одинокий силуэт своей машины. Подкатив к началу парковки он выстегнулся из лыж и побрел к машине. Издалека нажал кнопку на брелке: «Квокк»! мигнули фары и открылся багажник. Он медленно переодел обувь, натянув остывшие кроссовки взамен тесных ботинок, из которых поднимался пар, смахнул снег и сунул их и лыжи в чехлы.и захлопнул багажник. На запястье зеленым моргал пульсометр, Семен длинным нажимом на невидимую под резиной кнопку погасил диод и достал смартфон: на экране был причудливый знакомый своими изгибами трек, цифры показывали пройденный путь — всего 11 км. Высветилась иконка «загрузить», он машинально нажал и на экране закрутилась «ромашка». Он сунул смартфон в карман и только собрался сесть в машину, как вдруг вспыхнул свет: редкие фонари подсветки трассы зажглись над километровым кругом высвечивая финишную прямую наподобие взлетной полосы. Не веря своим глазам, потрясенный Семен вдруг увидел очертания фигуры в белом комбезе, размашисто двигающуюся на него. Стали различимы руки, мерно взмахивающие палками, сверкающими отраженным светом ламп, словно лезвия шпаг и комья снега отбрасываемые ими далеко назад. В движениях лыжника уже не было вальяжной легкости — от него веяло напором агрессии и плавные и упругие движения напоминали стелющийся полет догоняющего жертву хищника , еле касающегося земли лапами. На сухих бедрах вспухали узлы мышц, прокатывая полоз лыжи на немыслимую длину, хищный оскал приоткрытого рта растянулся в подобие улыбки, хотя скорее это была гримаса спортсмена, работающего в полную силу. И Семена пронзило – Мастер ! Это Мастер словно локомотив несся по трассе, завораживая своей мощью и силой и вот казалось разгадка была близка: какие то два десятка метров разделяли их, секунда и он выкатится на парковку! Но в одно мгновение несколько раз переступив лыжами спортсмен заложил левый вираж сильно наклонив корпус в поворот и исчез во мгле просеки уходя на следующий круг.

Сев в машину Семен немного прогрел двигатель, Затем машинально достал смартфон, зачем то открыл сегодняшнюю загруженную тренировку и буквы запрыгали у него в глазах: « Sam и еще один человек» значилось на экране и на значке, одобряющем тренировку — силуэте кулака с оттопыренным большим пальцем уже стоял значок «1».

6 комментариев к “Призрак

  1. Захватывает , читала на одном дыхании. Бежала по треку виртуально и вспоминались похожие чувства и мысли.( Спасибо автору !!!

  2. Добрый день! С наступившим Новым Годом! Что с лыжнёй? Есть смысл приезжать кататься?

Оставьте комментарий